http://www.ukrainianlondon.co.uk/en_GB/review-specters-at-edinburgh-fringe/
https://www.ukrainiantheater.com/vsi-teksty/untitled?fbclid=IwAR1qnErjUqT5h5mGDSN8sMM6bG8xcqw2BfddW2NFeSiZlhuH0tkFe9s7r7k
Киевский спектакль «Привидения» театра «Сузир'я» в постановке Полины Медведевой с большим успехом
показали на Эдинбургском фестивале Fringe.
В Шотландии была создана абсолютно новая версия спектакля, продемонстрировавшая мастерство и виртуозность
украинских актеров. В Киеве спектакль был встроен в исторические интерьеры особняка в стиле модерн, в котором
расположился один из лучших столичных театров. А в Эдинбурге была выбрана площадка PASS Theatre, так
называемый black box - в знак уважения к традициям свободного фестиваля, созданного сразу после войны в
пику помпезному
официозному искусству.
Актерам и постановочной команде удалось найти стильное минималистичное решение, сохранив напряженность и
сложнейшую психологическую структуру спектакля. «Щедро используя темные тона и игру светотени спектакль
описывет, как грехи отца ложатся на сына – а также жену, надеявшуюся уберечь сына от болезней отца» -
пишет Гарет Вейл, обозреватель крупнейшего эдинбургского журнала The List.
Впервые за много лет на шотландских подмостках звучала украинская речь. Ее даже пришли послушать в
оригинальном исполнении члены Ассоциации Украинцев в Великобритании (AUGB), многие из которых родились
и выросли вдали от родины. Вот что говорит о спектакле театра «Сузир'я» известный режиссер и
художественный руководитель эдинбургского театра «Сириус» (Dogstar Theatre) Мэтью Зеджак - его
собственный спектакль в программе фестиваля также получил восторженные отзывы прессы:
Меня потрясла постановка Полины Медведевой «Привидения», которую я посмотрел в этом году на Эдинбургском
фестивале Fringe. Современная живая интерпретация шедевра Ибсена, сведенная к своим основам, элегантная,
стильная и решенная в лучшем вкусе. Фокус на основных персонажах и психологическая основа сюжета были
представлены исключительно талантливым квартетом актеров. Спектакль сразу погружает зрителя в мир
пьесы и держит невероятное драматическое напряжение на протяжении всех своих 80 минут. Современный
классический театр высшей пробы, уверенный, мускулистый, хореографически выверенный и очень
чувствительный к ритму текста и импульсам персонажей. Завораживающее зрелище. Желаю Полине
Медведевой и театру «Сузирья» всевозможных успехов в их будущих проектах.
Роль Освальда, оказавшуюся центральной в новой версии киевского спектакля, Александр Бегма исполнил с
неистовым блеском и полностью на английском языке, чем заслужил уважение даже лондонских корреспондентов.
«Спектакль окутывает зрителя и оставляет долгое послевкусие, и в этом заслуга потрясающих актеров «Сузирьи»
- первого ангажементного театра пост-советской Украины. Хореографически выверенная режиссура Полины
Медведевой выдает ее балетное образование и уверенно ведет спектакль к эмоциональной кульминации», - пишет
издание Ukrainian in London.
Бережная инсценировка пьесы 1881 года заставила, тем не менее, вспомнить и о сегодняшнем дне: «Темы
материнской депривации, классового противостояния, разочарования и отторжения по-новому звучат в
современной Украине - возродившейся стране», - замечает Роуан Андерсон в журнале Artmag.
Экспериментальная работа стала непростым испытанием для актеров и участников. Тем не менее, они
привезли из Эдинбурга много профессиональных впечатлений и новых контактов - залог творческого роста
и здорового развития и международных отношений.
Ирина Мельник, исполнительница главной роли Фру Алвинг :
Для спектакля гастроли всегда стресс, но мне было интересно оказаться в незнакомой культурной и языковой
среде. Английский театр, коммерческий и независимый, имеет гораздо более жесткие производственные рамки,
чем принято в Украине. И в этом была трудность. При этом удивила эмоциональная реакция зрителей на
непривычные интонации. Говорят, что шотландцы очень сдержанные, но после спектакля ко мне подходили
незнакомые люди, благодарили, обнимали, жали руку.
Александр Бегма, автор музыки, которая в итоге не звучала в спектакле, исполнитель роли Освальда :
О гастролях в Эдинбурге: могу сказать одно - это было здорово! Невероятно красивый город, огромное
количество туристов и артистов, потрясающая атмосфера. Отдельное удовольствие я получил от
английского языка, на котором играл.
Дмитрий Завадский, исполнитель роли Пастора Мандерса :
Резкие мощные линии, совсем другой свет, другое поведение, те же вроде бы актерские задачи, но мощнее
и выразительнее получилось. Однажды мы заблудилиь и оказалиь на океане.
Гелена Сергутина, иполнительница роли Регины :
Волшебная поездка и уникальный опыт командной работы. Мы вчетвером вдруг начали вибрировать,
и это было невероятное чувство творческой свободы.
Полина Медведева, режиссер спектакля «Привидения»:
Любимые актеры оказались смелыми и чуткими, играли в полную силу - так что за них было страшно.
Алексей Кужельный, художественный руководитель театра «Сузирья» :
Говорят, что участие в Эдинбургском фестивале свидетельствует о европейском качестве театрального
продукта. В то же время, тотальная коммерциализация вместо качества преподлагает безграничную
фантазию и полное отсутствие профессиональной этики. Смешить, шокировать, продаваться любой
ценой - только для незначительной части участников фестиваля это оказалось неприемлемым.
Приглашение спектакля на фестиваль, посвященный драматургии Стриндберга, последовавшее после
первого же спектакля, другие формы радующей нас реакции зрителей, возможно всего лишь наши
семейные радости. А вот то, что мы оказались в небольшой, но достойной компании ответственных
служителей театру, в компании тех, кто верит в социальную значимость театра вдумчивого,
эмоционально выверенного, вдохновленного идеалами человечности высокая честь и глубокая сердечная
радость. Режиссер и сценограф спектакля Полина Медведева со всей постановочной группой самого
Эдинбурга практически не увидели, напряженно работая над вариантом спектакля органичным для
предоставленных условий показа. Потому и получился он трепетным, а не гастрольно-самоуверенным.
«Привидения», графика
В августе киевский спектакль «Привидения» в постановке Полины Медведевой и театра Сузiр'я с
большим успехом показали в Эдинбурге на фестивале Fringe. Огромный фестиваль, афиша которого
включает больше трёх тысяч спектаклей, в большинстве своем камерных одноактных микрофонных
комедий, стал поводом для созданию абсолютно нового произведения на основе известной киевской
постановки.
Дома «Примар» играют в хорошо сохранившийхся интерьерах особняка Родзянко 1908 года постройки,
в котором расположился театр Сузiр'я. Спектакль вписан в архитектуру и подпускает к себе зрителей
очень близко – на расстояние вытанутой руки. Некоторые даже могут увидеть свое отражение в
огромном украшенном лепниной зеркале. Когда Фру Алвинг говорит, что вся страна полна привидений,
эти отражения становятся частью декорации, ловко придуманной режиссероми и позволяющей
каждому пришедшему молчаливо участвовать в действии.
Перевезти эту конструкцию в Эдинбург в рамках летних гастролей не представлялось возможным,
да и необходимым. Поэтому создателям и актерам пришлось буквально сочинять новый спектакль
в «чёрной коробке» - Fringe не только по форме, но по идеологии своей предполагает отсутствие
декораций. Созданый после войны в пику помпезному официозному искусству свободный фестиваль
ставит актера в ситуацию риска, предлагает ему почувствовать себя в одиночестве на пустой
сцене и каждый вечер выстраивать новые отношения с публикой. Как это работает в случае,
если вместо соло на сцене камерная, но очень изощренная псхологическая конструкция для
четырех персонажей – это и предстояло выяснить киевлянам.
О киевской версии «Примар» много писали газеты и журналы, существует даже телевизионная
версия спектакля, которую показывали по государственному телеканалу. Смелость, с которой
участники и создатели отказались от признанных форм и удачно найденных решений, а также
от привычных условий работы, граничит с безрассудством. Но смелость всегда вызвывает
восхищение, и сегодня по итогам гастролей можно сказать, что эксперимент удался.
Форма определяет содержание, и отличия эдинбургского спектакля от киевского, сначала
казавшиеся нарочитым приемом, в итоге привели к его сущностным изменениям. Главной
героиней киевских «Примар» была Фру Алвинг в иполнении Ирины Мельник – страдающая
мать, несчастная возлюбленная, жена и домовладелица. В Эдинбурге акцент переместился
на ее сына Освальда, вернувшегося в родные норвежские пенаты молодого художника,
нашедшего здесь вместо успокоения дурную наследственность и разные нехорошие
симптомы vermoulu (фр.- «чревоточина», «грехи отцов»). Александр Бегма превзошел себя
в этой роли, вышел на какой-то совершенно новый экзистенциальный уровень, даже по
сравнению с тем, что он делал в Киеве. Безукоризненно исполнив свою роль от начала и до
конца на английском языке (что отметили даже лондонские корреспонденты), он сделал
своего Оскара еще более мистическим, пограничным, потусторонним персонажем, еще
более чужим своей семье и своему окружению. В киевском спектакле Оскар Александра
Бегмы был успешным художником в небольшом возрастном кризисе, котрый уверенно
разговаривал с провинциальным пастором о свободной любви. В Эдинбурге он был
изначально полон горечи, в его иронии не было легкости и романтического превосходства.
В мрачной торжественности дома капитала Алвинга он был похож скорее на горбатого
шекспировского злодея, чем на смешного романтического юношу - «погиб поэт во цвете
лет».
Фортепианная музыка собственного сочинения Александра Бегмы, смягчающая и
закольцовывающая киевский спектакль, в Эдинбурге рыдала беззвучно – Оскар иступленно
бил по клавишам, но вместо нот раздавался только космический гул отключенного
синтезатора. Слова о том, что он не может больше работать, звучали еще более
убедительно. Напрасная жертва, напрасные усилия – все эти сюжеты были в спектакли
и раньше, но в «обнаженной» версии стали резче и контрастнее.
Графичность эдинбургского спектакля, сыгранного в строгих темных костюмах на фоне
чёрного бархата – чёрное на чёрном – отличает его от киевской версии, сравнимой скорее
с полноцветной живописью, игрой узоров и текстур. Главным выразительным средством
здесь становится свет. В отсутвии других красок он берет на себя новые функции.
Метафоры и скрытые смыслы создает подсвечник с живыми свечами, направленный
прожектор, экспрессионистские тени изогнутых пальцев.
Любопытно, как дальше сложится судьба этого спектакля, но увидеть обе версии
одновременно в одном городе было бы интереснейшим опытом для зрителей и исполнителей.
Камила Ренци
